главная
впечатления
проза
публицистика
стихи
разное
сайт Марии Хамзиной
сайт группы «ЧернозЁм»
сайт группы «НЕва»
Горчев Дмитрий
Дневник Лейта в ЖЖ
"Братушка МакМёрфи"
страничка Летунов
клуб стоящей музыки "Мокрые мыши"
Парнас
версия для печати
<<  предыдущая      ::      оглавление      ::      следующая  >>


Оранжевое настроение группы «Чайф».

Всем, кто имеет счастье (или несчастье — тут уж кому как повезло) интересоваться историей отечественного рок-н-ролла известно, что он — рок-н-ролл — зарождался в суровых условиях, которые и определяли тематику творчества для большинства музыкантов. Когда же условия изменились, немногие группы и исполнители нашли в себе силы сохраниться в своем изначальном виде, или хотя бы трансформироваться во что-то более или менее приемлемое. Одной из команд, которой это удалось, является известная екатеринбургская группа «Чайф», которая по приглашению концертного агентства «Белый рояль» посетила Тюмень 26 апреля.
В общем-то, группа «Чайф» в комментариях особенно не нуждается. Появившись на свет в период, когда каждая уважающая себя рок-группа должна была так или иначе обличать существующий строй и официально одобренный уклад жизни (конечно, рокеры никому ничего не должны, однако же, обличали почти все), «Чайф» отличался здоровым позитивом и полной чуждостью политике, по крайней мере, в песнях. За эту свою позицию группа была не единожды обругана собратьями по музыкальному направлению, причем самым страшным для рокера словом обругана — «попсой» то есть. Однако, несмотря на все эти инсинуации, «оранжевое настроение» стало именем нарицательным, и даже не будучи ярым фанатом «Чайфа», я признаю, что сегодня слушать их гораздо интереснее, чем некогда любимых, но подрастерявших былой блеск «Наутилус» и «Алису».
Итак, группа «Чайф» в очередной раз посетила Тюмень. Концерт предваряла небольшая пресс-конференция с Владимиром Шахриным, прошедшая в уютной, но крайне тесной обстановке какой-то гримерки в дебрях Филармонии.

Владимир, вы принимали активно участие в организации фестиваля «Старый новый рок», проходящего в Екатеринбурге. Какие у вас остались впечатления от самого фестиваля и от молодых групп, принимавших в нем участие?

Знаете, у меня лично такое впечатление, что те группы, которые выступали на фестивале и те, которые подавали заявки, но не смогли принять участие по каким-то техническим причинам, — так вот, они гораздо интереснее того, что звучит сегодня по официальным теле и радио каналам. «Старый новый рок» — это один из немногих больших фестивалей, который ориентирован именно на новые имена. Через него прошло около 150 команд, мы их так или иначе слушали, проводились предварительные концерты. Около 30 молодых групп в результате вышли на сцены — у нас очень широкий формат, фестиваль проходил одновременно на трех площадках, что дало возможность выступить группам всех направлений. В этот раз нас даже напугало то, что мероприятие стало таким глобальным, таким большим, что нам — его организаторам — было уже очень трудно всем этим управлять.

Планируется ли выпуск диска по итогам фестиваля?

С прошлого фестиваля выходил сборник, а с этого мы пока не выпустили. Потому что на самом деле эти сборники не очень хорошо востребованы на рынке. Необходимо, чтобы на них присутствовали какие-то популярные песни, известные раскрученные имена, а это идет вразрез с концепцией фестиваля. Мы, конечно, можем сделать диск матерых екатеринбургских групп, но это не будет иметь никакого отношения к фестивалю «Старый новый рок».

Вам уже приходилось записывать романсы к фильму «Азазель». Насколько адекватно вы себя ощущали, работая в этом жанре?

Мне очень понравилось, потому что жанр чрезвычайно сложный. Вообще чем проще музыкальная форма, тем сложнее с ней работать — это мое личное мнение. Потому что там ни на одном этапе нельзя сфальшивить, промахнуться и спрятаться не за что. Это была работа, где присутствовали только гитара и голос, то есть это был романс в классическом стиле, и мне было очень интересно все — и момент выбора песни, и как это записывалось в студии, и как пелось.

Судя по вашим интервью, вы проявляете завидную терпимость по отношению к другим музыкантам и музыкальным направлениям. И все же есть что-то такое, что вы не приемлете?

Я не приемлю, конечно, когда людей обманывают недозволенными приемами и на уровне шарлатанства, под видом музыки подсовывают откровенную халтуру, в которой я не вижу ни мысли, ни труда, ни идеи. Меня смущает так же нынешняя ситуация на музыкальном рынке. Я, например, ни в коей мере не против каких-то новых современных телевизионных шоу, но нельзя, чтобы они были единственными. Потому что то, что сделано на фабрике — на любой, на мебельной или на обувной, — это полуфабрикаты. Конечно, иногда нам хочется быстренько что-нибудь перекусить, но это не должно принижать значимость профессии повара. Или художника, потому что можно на принтере картинок напечатать, но все же должна быть картина, в которую художник вложил душу. И необходимо, чтобы люди умели это различать. А когда посредством телевидения, которое является несомненным психотропным оружием, людям внушают, что им больше ничего и не надо… Я вообще не против, пусть она будет, и восьмая и девятая «Фабрика», но хотелось бы, чтобы на тех же каналах присутствовала и другая музыка, чтобы была альтернатива…

Вашу музыку в целом можно охарактеризовать как музыку хорошего настроения. Какие рецепты хорошего настроения есть лично у вас?

Так или иначе, пытаться видеть во всем позитив. Если происходит какая-то ситуация — нужно или найти в ней позитив, или закрыть эту шторку, повернуться в другую сторону и двигаться туда, где вам приятнее находиться. Потому что поверьте мне, что в природе существует баланс: и если у вас в жизни все такое негативное, черное, мрачное, это означает, что вы просто не умеете найти что-то иное. Конечно, у нас не все радостно, случаются проблемы, уходят близкие люди, происходят события, которые нас трогают — в стране, в мире. Но при этом у нас есть на все позитивный взгляд.

Когда вы выходите на сцену, что является для вас основной задачей?

Как минимум не разочаровать публику. В данной ситуации — в ситуации концерта — все предельно ясно: публика нам ничего не должна. Мы им долго по радио, по телевидению своими песнями говорили какие мы хорошие, и вот они пожертвовали своим временем и своей денежкой, пришли на концерт: «Давай, доказывай». Поэтому задача предельно простая. Мы редко на своих концертах делаем какие-то эксперименты. Я не всегда понимаю музыкантов, которые говорят: «Концерт — главное чтобы мне понравилось, чтобы мне было интересно, я не опущусь до интересов публики, вот мы экспериментируем, вот мы сыграем всю программу новые песни». Хочется сказать: «Нет, подождите, давайте вы свои новые песни у себя на базе записывайте, репетируйте, экспериментируйте, а чего за чужой счет-то экспериментировать?». Этого я не понимаю. То есть, конечно, такой подход имеет право на существование, но мы придерживаемся другого.

Ваша публика — кто это?

Я думаю — это студенты, настоящие, бывшие и будущие. Это действительно очень молодые люди, которые приходят в 50 или в 60 лет на наши концерты. И мы стараемся их не разочаровать. Они самые настоящие битники, более настоящие, чем 14-летние, потому что они гораздо больше в этом понимают.

Владимир, скажите, а зачем вы в молодости галстук ушивали?

Это Бегунов делал, не я. Зачем? Чтобы быть модным, стильным. Это называлось «галстук-шнурок». А Бегунов в это время работал в милиции, я очень хорошо его помню. У него и волосы были подлиннее и галстук модный… стильный ментяра был. И прямо скажем, не очень горел на работе. Это на самом деле длинная и печальная история, он попал в милицию случайно, а потом просто не мог оттуда уйти. Надо было видеть, как мы его оттуда вытаскивали. Он не ходил месяцами на работу, он отращивал бороду, а ему говорили: «Ты че? Ну-ка давай бороду сбривай и завтра на работу!». У нас начали строить метро, туда набирали проходчиков, это было такое задание партии и правительства. Бегунов записался в проходчики, и его из-за этого отпустили из милиции. Потому что как бы на более ответственную работу…

На этой оптимистической ноте пресс-конференция была завершена, и начался собственно концерт. Стоит отметить, что рок-концерт в Филармонии — это особый неповторимый кайф. Началось все с того, что солидная дама сообщила сидящим в баре о том, что «дан третий звонок к началу концерта». Появившись в зале, мы выяснили, что на концерте рок-группы нельзя танцевать, а можно только сидеть и когда надо радостно хлопать в ладошки. Музыканты, кстати, по этому поводу страшно удивлялись, а Владимир Бегунов заметил, что зрительный зал слишком напоминает президиум. Конечно, к середине действа народ так разошелся, что никакие дамы, стоящие на страже добропорядочного поведения, уже никого удержать не могли, хотя, близко к сцене все равно не пускали. Вообще-то это давно уже стало проблемой Тюмени — отсутствие подходящей площадки для проведения подобных концертов. Понятно, что местные рок-клубы звезду такого масштаба, как Шахрин, просто не потянут, да и стремно было бы, честно говоря, Шахрина вести в какой-нибудь «Ангар 18». Не знаю как там сейчас обстановка, а вот на момент приезда «Чайфа» там все очень печально было в плане комфорта. Что до происходящего на сцене — тут уж никаких претензий, сплошное «спасибо». Чайфы отработали свою программу честно, с чувством, на драйве. К слову сказать, они вообще всегда так работают, за что им еще одно «спасибо». Это ведь замечательно, когда идешь на концерт и знаешь, что все будет отлично, и удовлетворение твоих эстетических потребностей не будет зависеть от «звездных» капризов. Было сказано в одном армянской мультфильме: делай добро и бросай его в воду — оно к тебе добром вернется. Не знаю как оно в жизни, но на концерте «чайфы» этого утверждения придерживались. И поэтому никуда не делось общение с залом, ставшее визитной карточкой группы. Два Владимира — Бегунов и Шахрин — вовсю хохмили, распространяя то самое «оранжевое настроение», за которое их любят и ждут. Конечно, есть на свете и другие точки зрения на модель отношений «артист-слушатель», имеющие право на существование. Просто группа «Чайф» придерживается именно этой. За что мы лично, как слушатели, на них, конечно же, не в обиде.

Парочка диалогов с концерта:

Бегунов: А где у вас бидоны с нефтью? У вас же у всех должны быть такие бидоны с нефтью…
Шахрин: Ну что ты пристал со своей нефтью? Мы вот с Урала, так что, у нас из карманов должны всякие малахиты торчать и яхонты?

Бегунов (представляя группу, указывает на ударника, сидящего за барабанами): А вот этот человек болен, он уже много лет не встает со стула…
Шахрин: Кстати, он нам сказал однажды: «Ребята, вот уже двадцать лет я смотрю на ваши задницы…».

——————————

«Дождь», 2004 г.

2004 г. © Наталья Сергеева

<<  предыдущая      ::      оглавление      ::      следующая  >>
Добавить страницу в FASQu Добавить страницу в FASQu
галерея
друзья
контакты
форум
 
Дизайн и разработка сайта «Мастерская Интернет Технологий» Business Key Top Sites